Mirabile futurum 

Переводы русских песен на латинский язык (Ю. Стасюк)

Оригинальный текст см. здесь (Ю. Энтин)

Аккорды / Chords и ноты / notes

Mirabile futurum   в исполнении молодежного хора
католического кафедрального собора Преображения Господня в Новосибирске (mp3; 4,3 Мб)

Audio vocem de mirabili futuro,
Matutinam vocem, rore humidam.
Audio vocem, et pericula ventura
Turbant mentem, sicut puero cuidam.

R.: Mirabile futurum, ne esto mihi durum,
Ne esto mihi durum, ne esto durum.
Origine ex pura ad optimum futurum,
Ad optimum futurum iam nunc egressus sum.

Audio vocem de mirabili futuro,
Illa vocat me in loca divina.
Audio vocem semper interrogaturam:
Quid iam fecerim pro die crastina?

Iuro me futurum bonum atque castum
Nec amicum relicturum miserum.
Audio vocem et festino hoc vocatu
Via aspera ad illud futurum.

<< Иранская газета «Тегеран таймс» от 1 января 2000 г. опубликовала статью под заголовком «Народы очарованы: облик великого че­ловека», в которой пишет: «Восток и Запад, скорее весь мир называет Ким Чен Ира руководителем XXI века. Это весьма ре­зонно. Главное — его незаурядные качества, свойствен­ные только великому человеку. Ким Чен Ир обладает необыкновенными качествами и способностями. Он — выдающийся мыслитель, великий политик, всепобеждающий полководец, большой знаток в области науки и техники, гений литературы и искусства. Ким Чен Ир — великая личность, не имеющая себе равных, но вместе с тем он очень общителен и прост, умеет сразу найти общий язык с любым. Люди, как правило, сразу очаровываются его просто­той и откровенностью, добротой, благородством, а потом уже с пониманием воспринимают его идеи и идеалы. Не случайно южнокорейское население, познакомившись с Ким Чен Иром на исторической пхеньянской встрече, отмечало необыкновенное обаяние этого незаурядного человека».>>

(234)

Артуро Перес-Реверте

Клуб Дюма, или Тень Ришелье

"Превосходная  бумага.  Никакого сравнения с нынешней целлюлозой...
Знаете, сколько  лет  в  среднем  живут современные книги?.. Скажи ты, Пабло.
- Семьдесят, - сообщил его брат с такой злостью, словно виноват во всем
был Корсо. - Каких-то жалких семьдесят лет.
   Старший брат искал что-то среди лежавших на столе  инструментов.  Потом
схватил толстую линзу и поднес к книге.
   - Пройдет сотня лет, - пробормотал он, прищурив глаз и рассматривая  на
просвет одну из страниц, - и почти все, что мы  сегодня  видим  в  книжных
магазинах, исчезнет. А вот эти тома, напечатанные двести или даже  пятьсот
лет назад, будут пребывать в целости и сохранности...  Ведь  нынче  у  нас
такие же книги, каков и сам наш мир, - каких мы и  заслуживаем...  Правда,
Пабло?
   - Дерьмовые книги на дерьмовой бумаге. Педро Сениса одобрительно кивнул
головой, не переставая изучать книгу через лупу.
   - Известное дело! Бумага из целлюлозы желтеет и становится ломкой,  как
облатка, она недолговечна. Она стареет и умирает.
   - А вот с этой такого не случится, - заметил Корсо, показывая на книгу.
   Переплетчик продолжал рассматривать страницы.
   - Бумага из чистого льна, как и велел Господь. Добрая бумага, ее делали
из тряпья, она не подвластна ни времени, ни человеческой глупости."

Александр Галич

НОЧНОЙ ДОЗОР

(или здесь прослушать)

Когда в городе гаснут праздники,
Когда грешники спят и праведники,
Государственные запасники
Покидают тихонько памятники.
Сотни тысяч (и все похожие)
Вдоль по лунной идут дорожке,
И случайные прохожие
Кувыркаются в "неотложки".
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
На часах замирает маятник.
Стрелки рвутся бежать обратно.
Одинокий шагает памятник,
Повторённый тысячекратно.
То он в бронзе, а то он в мраморе,
То он с трубкой, а то без трубки,
И за ним, как барашки на море,
Чешут гипсовые обрубки.
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
Я открою окно, я высунусь,
Дрожь пронзит, будто сто по Цельсию!
Вижу: бронзовый генералиссимус
Шутовскую ведёт процессию.
Он выходит на место лобное,
"Гений всех времён и народов!"
И, как в старое время доброе,
Принимает парад уродов.
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
Прёт стеной мимо дома нашего
Хлам, забытый в углу уборщицей,
Вот сапог громыхает маршево,
Вот обломанный ус топорщится!
Им пока скрипеть да поругиваться,
Да следы оставлять линючие,
Но уверена даже пуговица,
Что сгодится еще при случае.
И бьют барабаны!
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
Утро родины нашей розово,
Позывные летят, попискивая,
Восвояси уходит бронзовый,
Но лежат, притаившись, гипсовые.
Пусть до времени покалечены,
Но и в прахе хранят обличие.
Им бы, гипсовым, человечины -

Они вновь обретут величие!

И будут бить барабаны!..

Бить барабаны.

Бить, бить, бить!

P.S.
Руки за голову! - следующая станция "Сталинская"!

Увесен А.
В бобровом лесу.- М.: Мысль, 1983

<<В Северной Америке были найдены окаменелые остан­ки гигантского бобра (Castoroides ohioensis ), относящиеся к четвертичному пе­риоду. Это самый крупный экземпляр грызуна, когда-либо обитавшего на земле. Судя по огромному черепу и колоссальным грызущим зубам, животное должно было весить около 350 килограммов и достигать в дли­ну 2,75 метра.
(12)

Но даже крупнейшие наши плотины кажутся игрушкой по сравнению с гигантским сооружением на реке Джефферсон в Соединенных Штатах Америки. Эта плотина имеет 643 метра в длину, высота ее составляет в средней части 3 метра, а ширина по дну - 6 метров. Сооружение настолько солидное и прочное, что по нему можно пере­браться через реку верхом. Конечно, это результат труда многих поколений бобров. Что касается норвежских плотин, то они наверняка выдержат лося, если король леса попытается перейти по ним через водоем. Как в Советском Союзе, так и в Северной Америке есть плотины, построен­ные исключительно из камня,, очевидно, потому, что по­близости не было дерева. Отдельные камни в такой плоти­не весят до 8 килограммов. Какая недюжинная сила таится в маленьком, коренастом крепыше! Когда бобры строят на озерах, что в Норвегии вполне обычно, они чаще всего запруживают ручей, который вытекает из озера, чтобы таким путем контролировать уровень воды.
(34-35)

В отличие от вонючего свинарника, каким обычно является лисья нора, здесь было чисто и уютно. В качестве уплотни­теля бобры используют белый мох, содержащий какое-то количество кислот дезинфицирующего действия, поэтому воздух продолжает оставаться свежим. Такой мох встре­чается повсюду на болотах, образуя в местах наибольшей влажности крупные мягкие кочки.
(37)

В газетах Южной Норвегии то и дело вспыхивают дискуссии. Одни стремятся доказать, что бобры совершенно безвредны, другие бьют тревогу оттого, что зверьки одерживают верх, и делают отсюда вывод: „К 2000 году большинство жите­лей Южной Норвегии станут бобрами!" >>
(49)

P.S. Бобры не хомяки! Сами всех сгрызем! ;-))

"Как-то утром, привычно согнав с крыльца нищих с их блохастыми псами и отперев храм, вошел поп Алипий внутрь – и замер: кто-то копошился на полу, переползая от стены к стене, и бормотал себе под нос маловразумительное – не то напевал, не то хныкал. Старенький поп так и осел у порога, ибо сразу заподозрил в незваном госте дьявола. Кто бы еще сумел проникнуть сквозь запертую дверь? Страх обуял попа, но вместе с тем и гордость. Стало быть, крепко насолил он нечистому, если тот самолично пакостить явился! Почерпнув в последней мысли немалую силу, вскричал Алипий:

– Изыди, диаволе!

– Ой! – проговорил пришлец, поднимаясь на ноги и обращая к Алипию красное с

натуги, но вполне человеческое и даже простецкое лицо."
(18)

"И вдруг видит Феодул – идет между монгольскими шатрами сатана. Был он диковинно одет – в долгополую, ниже пяток, рубаху из грубого полотна наподобие эсклавины, в какую обычно рядятся монахи и люди подлого сословия. Тут и там пестрели на рубахе большие прорехи, а в этих прорехах, точно в гнездах, висели различные по форме и размерам закупоренные сосуды.
Высунувшись из телеги, Феодул закричал:
– Привет тебе, сатана!
Сатана остановился, прищурил глаза и, рассмотрев Феодула, улыбнулся.
– И тебе, Феодул, поздорову, – отозвался он.
– Садись, – предложил Феодул, потеснившись.
Сатана уселся рядом на телеге, вынул из-за пазухи комок жевательных листьев, от употребления которых слюна делается коричневой, а взгляд мутным, и показал Феодулу:
– Не хочешь?
Феодул помотал головой:
– Я и без этого полный дурак, будто не знаешь…
Сатана пожал плечами и сунул листья в рот."

(77-78)

История усадьбы

В 1623 земли около нынешней усадьбы были пожалованы стольнику князю Никите Черкасскому; во владении князей Егуповых-Черкасских эти земли находились почти 150 лет. С 1775 по 1796 эти земли принадлежали сенатору Всеволоду Алексеевичу Всеволожскому, при котором и был по большей части создан архитектурный комплекс усадьбы. В 1811 г. брат и наследник Всеволода Всеволожского, Сергей, продал усадьбу полковнику Афанасию Несетрову, который вскоре (1813) перпродал ее графу Григорию Салтыкову. У последнего в 1825 Середниково приобрел генерал-майор Дмитрий Алексеевич Столыпин, брат бабушки М. Ю. Лермонтова Е. А. Арсеньевой. В усадьбе в 1829—1832 проводил свои летние каникулы поэт. Здесь Лермонтов читал, переводил, писал юношеские стихи. После смерти Д.А.Столыпина в 1855 г. усадьбой владел его сын Аркадий Петрович; здесь в 60-е годы прошло детство сына последнего, будущего государственного деятеля Петра Аркадьевича Столыпина. В 1869 имение купил московский купец 1-й гильдии Иван Григорьевич Фирсанов. Имение было куплено за 75 тыс. рублей, при чём Фирсанов вернул эти деньги, только продав на вырубку окружавший усадьбу лес; распродажа антикварной обстановки усадьбы дала ему еще 45.000. После смерти Ивана Фирсанова, имением владела его дочь Вера Ивановна.После революции 1917 усадьба была национализирована. В августе 1919г. в ней отдыхал Ленин; затем в ней был открыт санаторий для нервных больных, а с 1946 — противотуберкулезный санаторий «Мцыри».
(Статья в WIKIPEDIA)

Полная история усадьбы на официальном сайте:
В древние времена эти земли называли Горетов Стан. Названию положила начало протекающая здесь река - Горетовка,^(*) а место было временной стоянкой -станом- торговым караванам. Здесь пересекались торговые пути: от Черного и Каспийскому моря - к Балтийскому; от Волги и Оки - к Новгороду. По Москве-реке суда подымались к Сходне (Всходне), по Горетовке (Горедве), ставились на катки, перетаскивались в Клязьму. Угро-финские племена, галды и вятичи, хазары и кривичи жили на этих землях, оставляя свою культуру, обычаи и традиции. Горетов Стан строго охранялся, а проезд облагался особой данью - мытой. Когда из вольных племенных земель образовались княжеские, эти места были на особом положении - вотчиной важнейших представителей московского боярства и наиболее значительных московских монастырей.<читать далее...>

 

vesti_mordovii

Колыбельные мира. Шведская.

Vyssan lull, mina kära små
på himlen många stjärnor gå
strålarna de dansa på månens böjda bro
och dimmorna de sväva på dunlätt silversko
och önskedrömmar komma och fara

Vyssan lull, mina kära små
i världen glädje och sorger stå
mycket ska ni lära, mycket ej förstå
var snara till att giva, och vänta ej att få
när önskedrömmar komma och fara

Спите, мои дорогие,
В небе так много звезд,
они, сияя, танцуют на лунном мосту.
В серебряных туфлях, что легче перышка, туманы крадутся,
Сны и грезы спускаются, бродят по миру...

Спите, мои дорогие,
В мире довольно и грусти, и радости,
Чем больше узнаешь - тем меньше понимаешь во всем этом.
Дарите сполна - но не ждите ответного дара
(дословно: проще (вам) отдать, чем дождаться, пока (вы) получите что-то)
Когда сны и грезы спускаются, бродят по миру

<<Рече же пакы Гедеонъ къ Богу: «Да будеть суша на рунѣ токмо, по всеи же земли роса».[44] И бысть тако. Иудеиство бо прѣста и законъ отиде, жертвы неприатны, кивотъ[45] и скрижали, и оцѣстило[46] отъято бысть.
По всеи же земли роса, по всеи бо земли вѣра прострѣся, дождь благодѣтныи оброси, купѣль пакыпорождениа сыны своа въ нетлѣние облачить.

И еще говорил Гедеон Богу: «Пусть будет только на руне сушь, по всей же земле — роса». Так и произошло. И иудейство прекратилось, и закон миновал, жертвы неугодны, ковчег и скрижали и очистилище отняты. По всей земле — роса: ибо по всей земле простерлась вера, дождь благодати оросил <народы>, купель возрождения облекает сынов своих в нетление.

 Яко же и къ самаряныни глаголааше Спасъ, яко грядеть година, и нынѣ есть, егда ни во горѣ сеи, ни въ Иеросалимѣхъ поклонятся Отцу, но будуть истиннии поклонници, иже поклонятся Отцу духомь и истиною, ибо Отец тацѣхъ ищеть кланяющихся ему,[47] рекше съ Сыномъ и съ Святыим Духомъ, — яко же и есть. По всеи земли уже славится Святаа Троица и покланяние приемлеть от всеа твари, малии, велиции славять Бога, по пророчьству; «И не научить кождо искреняго своего и человѣкъ брата своего, глаголя «познаи Господа», яко увѣдять мя от малыих до великааго».[48] Яко же и Спасъ Христос къ Отцу глаголааше: «Исповѣдаю ти ся, Отче, Господеви небеси и земли, яко утаилъ еси от прѣмудрыихъ и разумныихъ и открылъ еси младенцемь, еи, Отче, яко тако бысть благоизволение прѣд тобою».[49]  >>

Жак Ле Гофф

Рождение чистилища/ пер. с фр. В. Бабинцева, Т.Краевой . – Екатеринбург: У-Фактория; М.:АСТ Москва, 2009

Смысл чистилища

История чистилища в христианском обществе не закончилась в начале XIV века. Его внедрение в основы хри­стианского, в дальнейшем католического благочестия его наиболее горячие, наиболее «славные» моменты да­тируются XV—XIX веками. К традиционным формам гласности (проповедь, письменный текст, где книга при­мет эстафету у манускрипта) добавился образ. Фреска, миниатюра, гравюра, художественные ансамбли капелл и особых алтарей дали наконец воображаемому чистили­ща возможность воплощения. Лишенные возможностей литературного бреда, терзающего некоторые видения потустороннего мира, архитектура, скульптура и живо­пись, обеспечивая чистилищу соблазны непосредствен­ного видения, завершили триумф его локализации, его материальности, его содержания.

Не менее важным было развитие в плане верований и практик. Чистилище совершило ограниченное появ­ление в завещаниях. Начиная с XIV века с большей или меньшей скоростью, большей или меньшей, в зависи­мости от региона, интенсивностью шло проникнове­ние, граничившее порой с вторжением. Иной раз, что­бы восполнить упущения завещаний или подкрепить их обращением к щедрости верующих, вводились особые порядки. В южных регионах Франции, например, там, где продолжало существовать сомнение, если не сопро­тивление по отношению к индивидуальному осуждению и третьему месту, получила распространение «круж­ка для душ чистилища», которую пускали по церкви во время мессы для сбора «денег верующих», пополнявших особую кассу «помощи чистилищу».

Вальденберг В.Е.

История византийской политической литературы в связи с историей философских течений и законодательства/ Подготов. Изд. В.И. Земсковой (vera_z ) ; Науч. Консультант И.П. Медведев. – СПб.: ДМИТРИЙ БУЛАНИН, 2008

Каркопино Ж.

Повседневная жизнь Древнего Рима. Апогей империи; пер. с фр. И.И. Маханькова. – М.: Молодая Гвардия, 2008

<<Еще и сегодня (книга издана в 1939 г) иностранец здесь бывает подчас удивлен, когда на выходе из улиц, кишащих простонародьем, перед ним вдруг оказывается величественный дворец Фарнезе. Именно этой чертой панибратства Рим ныне живущих воскрешает императорский Рим, в котором высшие слои общества и простые люди повсюду сопри­касались между собой, нимало друг другу не досаж­дая. Надменный Помпеи совсем не думал, что похож на неудачника, храня верность Каринам¹. Перед тем как удалиться отсюда по политическим и религиозным мотивам в Регию², Юлий Цезарь, самый рафинирован­ный из патрициев, проживал в Субуре³. Впоследствии Меценат разместил свои сады на участке Эсквилина, пользовавшемся самой дурной славой. Примерно в ту же эпоху баснословно богатый Азиний Поллион избрал в качестве своей резиденции плебейский холм Авен-тин, который также избрал в качестве места жительства Лициний Сура, вице-император в правление Траяна. В конце I века н. э. племянник императора Веспасиана и поэт-паразит Марциал⁴ обитали на склонах Квирина-ла поблизости друг от друга. А в конце II века импера­тора Коммода убили в укромном уголке, который он приберег для себя посреди демократического Целия.

1 Западный склон Эсквилина.

2 Р е г и я, стоявшая на форуме, — одно из старейших в Риме зда­ний, восходившее к эпохе первых царей и в значительной степени перестроенное в 148 году до н. э. и 36 году до н. э.

3 Субура — низина севернее Карин, над которой нависают с севера и востока холмы Квиринал, Виминал и Циспий.

4 Здесь в достаточно нейтральном античном значении — «чело­век, живущий за счет подарков и гостеприимства       богатых покрови­телей».>>

(48)

Беда Достопочтенный.

Письмо епископу Эборака (Йорка) Эгберту (734 г)

«Тебе следует также заботиться о тех, кто еще живет мирской жизнью, чтобы, как мы уже советовали в начале, ты не забывал давать им учителей жизни, ведущей к спасению, и среди прочих вещей учил свою паству, каким трудом можно более всего угодить Богу, от каких грехов нужно особо беречься, с какой сердечной чистотой должны они верить в Бога и с каким рвением молить Его о милости, сколь прилежно они должны осенять себя знамением Господня креста от неустанных козней нечистых духов и сколь спасительно для всех христиан вседневное вкушение крови и плоти Господа, практикуемое, как тебе ведомо, Церковью Христовой в Италии, Галлии, Африке, Греции и на всем Востоке. Такая ревностная преданность Богу непривычна и почти неведома нашим мирянам по небрежению проповедников, которые считают более благочестивым принимать таинство причастия только на Рождество, Крещение и Пасху, хотя многие мальчики и девочки, юноши и девы, пожилые мужчины и женщины, ведущие праведную жизнь, без тени сомнения причащаются каждое воскресенье и на праздники святых апостолов и мучеников, и так делается везде в святой Римской апостольской церкви. То же могут свободно и радостно совершать состоящие в браке, если они соблюдают умеренность и исповедуют добродетель целомудрия.»
песня Тикки Шельен "Беда"

Люшер Ашиль
Иннокентий III и альбигойский крестовый поход. Пер. с фр. Некрасова М.Ю.- СПб.:Евразия, 2003

<<В рапорте о первых событиях войны, отправлен­ном легатами Папе, те объясняли, почему Каркассон избежал участи Безье. Была опасность, что солдаты или сами еретики сожгут город и всю страну. Как тогда продвигаться в этой пустыне и чем жить? Вож­ди не имели полной власти над своими отрядами. «В армии, — писали легаты, — слишком много лю­дей, которые вместе с нами телом, но не душой». Тем не менее в августе 1209 г. весь фьеф Безье и Каркассона попал в руки защитников Церкви.
<…>
Захватить землю — это было еще не все, надо было ее удержать. Бароны Севера, выполнившие сорокадневную обязанность и получившие отпущение грехов, думали лишь о том, чтобы вернуться назад. Ни герцог Бургундский, ни граф Неверский, ни граф де Сен-Поль не желали брать этот фьеф, приобретенный резней. «Им не было дела до шку­ры, содранной с другого, — говорится в "Песне". — Не находилось никого, кто не счел бы бесчестием принять эту землю». Но один мелкий сеньор из Иль-де-Франса, имевший домены в Англии, —                              Си­мон де Монфор, граф Лестер, — немного помолив­шись, пошел на такое бесчестие. Это был пылкий католик, известный ненавис­тью к ереси и тем, что во всем усердно следовал воле Церкви. Во время четвертого крестового по­хода он покинул христианскую армию и отказался идти на Константинополь, чтобы не нарушать по­велений Папы. Петр из Во-де-Сернея описывает его так: «Высокого роста, с красивыми волосами, изящными чертами лица, сильными плечами, крепким и удивительно гибким телом». В нравствен­ном отношении он обладал всеми достоинствами: «Очень красноречивый, приветливый со всеми, пре­восходный друг, человек строгого целомудрия и ред­кой скромности». Безупречные мудрость и осмот­рительность, твердость в решениях, справедливость в суждениях, смелость в атаке, упорство в дости­жении избранной цели — у этого человека, «всеце­ло преданного Божьему делу», не было ни одного недостатка. Но монах забывает сказать, что этот благочестивый рыцарь был черствым и жестоким, как многие ему подобные, и проявлял поразитель­ную активность в погоне за своими выгодами, по­началу совпадавшими с интересами Церкви. Щадя себя не более, чем последнего солдата, он сумеет стать первоклассным военачальником, изобретатель­ным дипломатом, умелым организатором жизни в завоеванных землях. Печать, которой он заверял грамоты, изображает его в виде охотника, скачу­щего галопом рядом с борзыми и трубящего в рог. Теперь он посвятит себя иной охоте, сулящей больше приобретений для души и тела.>>(148-150)

Вот и вспомнилась песня :-) (Лора Бочарова  - конечно, опечатка на youtube)

Ольга Арефьева

А вот и начальник ЖЭКа,
Завидевши все безобразья,
Отключает горячую воду,
Отопление, газ и свет,
Чтоб навести, наконец, порядок
В стенах любимого дома,
Того самого, коим по праву
Издревле заведует ЖЭК!