Яблоня Юксаре

Александр Галич

НОЧНОЙ ДОЗОР

(или здесь прослушать)

Когда в городе гаснут праздники,
Когда грешники спят и праведники,
Государственные запасники
Покидают тихонько памятники.
Сотни тысяч (и все похожие)
Вдоль по лунной идут дорожке,
И случайные прохожие
Кувыркаются в "неотложки".
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
На часах замирает маятник.
Стрелки рвутся бежать обратно.
Одинокий шагает памятник,
Повторённый тысячекратно.
То он в бронзе, а то он в мраморе,
То он с трубкой, а то без трубки,
И за ним, как барашки на море,
Чешут гипсовые обрубки.
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
Я открою окно, я высунусь,
Дрожь пронзит, будто сто по Цельсию!
Вижу: бронзовый генералиссимус
Шутовскую ведёт процессию.
Он выходит на место лобное,
"Гений всех времён и народов!"
И, как в старое время доброе,
Принимает парад уродов.
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
Прёт стеной мимо дома нашего
Хлам, забытый в углу уборщицей,
Вот сапог громыхает маршево,
Вот обломанный ус топорщится!
Им пока скрипеть да поругиваться,
Да следы оставлять линючие,
Но уверена даже пуговица,
Что сгодится еще при случае.
И бьют барабаны!
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!
   
Утро родины нашей розово,
Позывные летят, попискивая,
Восвояси уходит бронзовый,
Но лежат, притаившись, гипсовые.
Пусть до времени покалечены,
Но и в прахе хранят обличие.
Им бы, гипсовым, человечины -

Они вновь обретут величие!

И будут бить барабаны!..

Бить барабаны.

Бить, бить, бить!

P.S.
Руки за голову! - следующая станция "Сталинская"!

Жак Ле Гофф

Рождение чистилища/ пер. с фр. В. Бабинцева, Т.Краевой . – Екатеринбург: У-Фактория; М.:АСТ Москва, 2009

Смысл чистилища

История чистилища в христианском обществе не закончилась в начале XIV века. Его внедрение в основы хри­стианского, в дальнейшем католического благочестия его наиболее горячие, наиболее «славные» моменты да­тируются XV—XIX веками. К традиционным формам гласности (проповедь, письменный текст, где книга при­мет эстафету у манускрипта) добавился образ. Фреска, миниатюра, гравюра, художественные ансамбли капелл и особых алтарей дали наконец воображаемому чистили­ща возможность воплощения. Лишенные возможностей литературного бреда, терзающего некоторые видения потустороннего мира, архитектура, скульптура и живо­пись, обеспечивая чистилищу соблазны непосредствен­ного видения, завершили триумф его локализации, его материальности, его содержания.

Не менее важным было развитие в плане верований и практик. Чистилище совершило ограниченное появ­ление в завещаниях. Начиная с XIV века с большей или меньшей скоростью, большей или меньшей, в зависи­мости от региона, интенсивностью шло проникнове­ние, граничившее порой с вторжением. Иной раз, что­бы восполнить упущения завещаний или подкрепить их обращением к щедрости верующих, вводились особые порядки. В южных регионах Франции, например, там, где продолжало существовать сомнение, если не сопро­тивление по отношению к индивидуальному осуждению и третьему месту, получила распространение «круж­ка для душ чистилища», которую пускали по церкви во время мессы для сбора «денег верующих», пополнявших особую кассу «помощи чистилищу».

Каркопино Ж.

Повседневная жизнь Древнего Рима. Апогей империи; пер. с фр. И.И. Маханькова. – М.: Молодая Гвардия, 2008

<<Еще и сегодня (книга издана в 1939 г) иностранец здесь бывает подчас удивлен, когда на выходе из улиц, кишащих простонародьем, перед ним вдруг оказывается величественный дворец Фарнезе. Именно этой чертой панибратства Рим ныне живущих воскрешает императорский Рим, в котором высшие слои общества и простые люди повсюду сопри­касались между собой, нимало друг другу не досаж­дая. Надменный Помпеи совсем не думал, что похож на неудачника, храня верность Каринам¹. Перед тем как удалиться отсюда по политическим и религиозным мотивам в Регию², Юлий Цезарь, самый рафинирован­ный из патрициев, проживал в Субуре³. Впоследствии Меценат разместил свои сады на участке Эсквилина, пользовавшемся самой дурной славой. Примерно в ту же эпоху баснословно богатый Азиний Поллион избрал в качестве своей резиденции плебейский холм Авен-тин, который также избрал в качестве места жительства Лициний Сура, вице-император в правление Траяна. В конце I века н. э. племянник императора Веспасиана и поэт-паразит Марциал⁴ обитали на склонах Квирина-ла поблизости друг от друга. А в конце II века импера­тора Коммода убили в укромном уголке, который он приберег для себя посреди демократического Целия.

1 Западный склон Эсквилина.

2 Р е г и я, стоявшая на форуме, — одно из старейших в Риме зда­ний, восходившее к эпохе первых царей и в значительной степени перестроенное в 148 году до н. э. и 36 году до н. э.

3 Субура — низина севернее Карин, над которой нависают с севера и востока холмы Квиринал, Виминал и Циспий.

4 Здесь в достаточно нейтральном античном значении — «чело­век, живущий за счет подарков и гостеприимства       богатых покрови­телей».>>

(48)

Ковалев С.И.

История Рима; под общ. ред. проф. Э.Д.Фролова. – Изд. новое, испр. и доп. – М.: АСТ; СПб.: Полигон, 2006

http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/koval/index.php
 

«В Африке остался Регул* с 15 тыс. пехоты, 500 всадниками и 40 судами. Он продолжал опустошать страну и, подвигаясь к Карфагену, осадил г. Адис. Карфагенское войско явилось на выручку. Оно превосходило римлян кавалерией и имело слонов, но его командование неосторожно вступило в бой на неудобной позиции и потерпело жестокое поражение, потеряв даже лагерь. Регул вплотную подошел к Карфагену, заняв г. Туне г (Тунис) и устроив там свой зимний лагерь. 

*Валерий Максим рассказывает (IV, 4, 6), что Регул в письме просил сенат об увольнении его от командования на второй год, так как вилик (раб надсмотрщик) в его маленьком имении, находящемся в Пупиниевой трибе, умер, а поденщик, воспользовавшись этим, ушел, захватив с собой хозяйственный инвентарь. Сенат отклонил просьбу, приказав обработать именьице Регула за государственный счет. Рассказ очень интересен как для положения хозяйства римских крестьян во время африканского похода, так и с точки зрения характеристики маленьких размеров земельных владений даже у знати в III в. >»
(245)

«Однако, несмотря на любовь римской толпы к театру, она предпочитала ему более грубые зрелища. Иногда нельзя было закончить спектакля, так как зрители массой уходили из театра смотреть кулачные бои или травлю зверей. В 167 г. лучшие греческие флейтисты оставили публику совершенно холодной. Тогда эдилы приказали им прекратить игру и вступить между собой в кулачный бой, что вызвало неописуемый восторг зрителей.»
(360)

"– Он вполне может договориться с ними под честное слово. Наверное, это я ничего не понимаю, – преподобный Джон сокрушенно огляделся. – Я не должен забывать, что ученик – это не человек. Попомните мои слова, – сказал преподобный Джон, – грядут неприятности."
(120)
"– Я не думаю, что сильно ошибаюсь в своем последнем замечании, – сообщил он преподобному Джону. – Вы случайно не слышали о некоем Реймонде Мартине?
– Я учился в колледже с человеком с таким именем, – ответил капеллан. – Насколько я
помню, он был личностью безвидной и пустой, но при этом страшно серьезной.
– В следующую субботу он выступит в колледже с речью о патриотизме.
– Если существует что‑то, что мальчишки ненавидят больше всего, так это когда их лишают субботних вечеров. Патриотизм не выдерживает сравнения с пирами."
(227)

 

Кэмпбелл Б.Д.
Искусство осады. Знаменитые штурмы античности [пер. с англ. О Серебровской]. – М.: Эксмо, 2008

Подборка снарядов для пращи и наконечни­ков стрел из Олинфа.(осада в 342 г до н.э. Филиппом Македонским) На некоторых есть надписи, касающиеся Филиппа и его воена­чальников. На снаряде 2180 (в нижнем ряду) написано «Архий готовый». Некоторые надписи полны сол­датского юмора, как, например, снаряд 2176 (верхний ряд), на кото­ром написано «непри­ятный подарок».

"Гарри Лесабр имел право разговаривать про бои. Он сам побывал в бою, на войне. Двейн в боях не бывал. Однако во время второй мировой войны он был вольнонаемным в военно-воздушных силах американской армии. Один раз ему даже велели написать лозунг на пятитонной бомбе, которую собирались сбросить на город Гамбург, в Германии. Вот что он написал: "

Вальденберг В.Е.

Государственное устройство Византии до конца VII века/
Подг.изд.В.И.Земскова.( vera_z )-СПб.: Изд-во СПбГУ, 2008

«В De cerimoniis. I. 91,( «О церемониях византийского двора» Константина VII Багрянородного) описано воцарение Льва, дело представляется так,

что после возложения на него маниакия^* и поднятия на щит солдаты закрывают его черепахой от взоров присутс­твующих,

< але ап!!! ипподром все-таки :-)) >

после чего он появляется перед на­родом одетый в царские одежды и в короне.»

(74)

*Основным моментом является возло­жение на нового императора военной цепи (μανιάκιον) и поднятие его на щит.

(60)

у Аммиана Марцеллина [было приказано принести диадему, когда он отказался надеть предложенное (украшение) с женской шеи или головы... но решительно заявил, что стыдно от
этого будет всякому, — (тогда) некто именем Мавр... снял с себя цепь (torquem), какую носит дракононосец, и возло­жил на голову Юлиана]

(61)

"Остается один вопрос, на который нет определенного ответа, хотя сам вопрос в конце XV века формулируется более четко. Где проходит континентальная граница Вос­точной Европы? Прежде всего, надо заметить, что хотя европейцы, и особенно европейская элита, с большой тре­вогой восприняли падение Константинополя в 1453 году, оно не только явилось катастрофой для византийского мира и его концом (как принято считать в исторической тради­ции), но также, в долгосрочной перспективе, устранило одно препятствие для единства Европы. Ведь правосла­вие, которое существует на востоке Европы до сегодняш­него дня, теперь не связано с тем двойным — политиче­ским и религиозным — центром, который представляла собой Византийская империя. Эта связь, потенциальная помеха для будущего объединения Европы, была в 1453 году парадоксальным образом устранена."
(297)

«Что же принесли крестовые походы Европе? Господин Вольтер ответил: проказу. Каковы были главные плоды крес­товых походов? По мнению Жака Ле Гоффа — абрикосы.»

(108)

«Но именно в результате падения «нового Рима» идея кресто­вого похода стала связываться с идеей защиты Европы. Эней Сильвий Пикколомини выразился предельно ясно: «В прошлом мы получали раны в Азии и в Африке, то есть в чужих стра­нах. Но сейчас нам нанесли удар в Европе, на нашей родине, в нашем собственном доме. Возможно, кто-то возразит, что турки уже давно из Азии перебрались в Грецию, те же монго­лы обосновались в Европе, а арабы, преодолев Гибралтарский пролив, заняли часть Испании. Но мы никогда еще не теряли города или другого места, сравнимого с Константинополем»»( В 1458 году на папский престол под именем Пия II взо­шел гуманист Эней Сильвий Пикколомини.)

(175)

Хвостова К.В.
Византийская цивилизация как историческая парадигма. – СПб.:Алетейя, 2009
http://ifolder.ru/5946845

«Однако применение термина элевтерия в значении ателейа, т. е. осво­бождения подданных императора от податей, не получило значительно­го распространения. Для податного иммунитета, который императоры предоставляли крупным земельным собственникам, употреблялся тер­мин «экскуссия». Выражение элевтер в указанном значении свободы от податной собственности употреблялось только по отношению к опреде­ленной группе неимущего населения, не занесенного в податные реестры и не подлежащего налогообложению. Подобного рода «свободные», а по существу, утратившие не только имущество, подлежащее налогообложе­нию, но и все социальные связи люди, могли как угодно распоряжаться своей судьбой: поселяться на территории крупных земельных собствен­ников в качестве держателей, стать наемными работниками и, наконец, нищими. Античный смысл свободы как бы утрируется, в чем и заключа­ется парадоксальность такой трактовки. Человек свободен от отношений подданства императору, от уплаты налогов, являющихся выражением этого подданства. Он тем самым поставлен вне всех социальных взаимо­связей и потому абсолютно свободен.

Недавно подарили на работе вот эту замечательную книгу, второго тома нет, но это не беда, иллюстрации теперь можно найти в сети.
Лазарев В.Н.
История византийской живописи.- М.: Искусство. 1947 (том 1 текст)
Судя по библиотечному штампу, стащили или списали ее из школьной библиотеки Кривого Рога.
Удивляет, что не встретил цитат из «классиков» » (одна таки есть из Маркса на все 450 страниц!).
Какая-то «опасная» аполитичность :-)
В общем, странно немного для моего восприятия 1947 года: издаются книги про византийскую иконопись без цитат «классиков», а множество людей в том же году отправляют в лагеря за антисоветскую агитацию, в том числе и мою прабабушку…

Никерсон Х.
Войны в эпоху Римской империи и в Средние века/ Пер.с англ. Л.А.Карповой. – М.: ЗАО Центрополиграф, 2008

Поскольку гражданские войны происходили между груп­пировками римских военных, действовавших в интересах полководцев, добивавшихся власти в империи, возникло предположение, что они были вызваны какой-то слабостью или недостатком в самой армии. Нет, все иначе. Это граж­данские войны были причиной определенного упадка дис­циплины и профессионального духа армии, но сами они были следствием не военной, а политической слабости структуры самой империи.
(53)
Читатель может возразить, что долгом армии было от­ражать нападения извне. Римские военные ответили бы, что внешние враги представляли собой скорее досадную помеху, нежели серьезную угрозу. Казалось, что они никог­да не смогут разрушить римскую цивилизацию. Собственно говоря, северные варвары так этого и не сделали. Конечно, если вы уведете какое-то немалое количество войск с лю­бого участка границы (с целью сделать своего полководца императором), варвары или иранцы могут прорваться и на­чать грабить соответствующую провинцию. Но они обычно с трудом брали обнесенные стенами города, и как только прискорбная неприятность по поводу престолонаследия в империи разрешалась, этим самым варварам приходилось уносить ноги через границу, чтобы не быть разбитыми на­голову, как это обычно случалось.
(Далеко не всегда. На­пример, в войне племен Северного Причерноморья (скифо-сарматы, готы и др.) в 250—251 гг. взяли Филиппополь (современный Пловдив), а в 251 г. наголову разбили рим­лян при Абритте (где-то в современном Добрудже), где погиб император Деций; новый император Галл (вырвав­шийся в этом бою с частью сил из окружения) обязался пропустить армию врага со всей добычей за Дунай и еже­годно платить дань. — Ред.)
(54-55)
Ввиду различных гражданских войн, имевших место в пе­риод смутного времени, не было бы удивительным обнару­жить, что уровень подготовки и дисциплины снизился. На­против, нас поражает то, что по-прежнему в силе остается достаточно высокая дисциплина. С различными вариация­ми рассказывают историю о множестве мятежей, с которых начинались гражданские войны, о мятежниках, убивавших центурионов по прозвищу «дай другой» из-за их привычки требовать другой хлыст, чтобы побить солдата за какой-нибудь проступок, после того как они уже сломали первый об его спину! Удивительно не то, что таких центурионов убивали во время частых мятежей, а скорее то, что они во­обще существовали. Очевидно, римские младшие команди­ры часто имели такой характер, что были готовы рисковать своей собственной жизнью, прилагая усилия к поддержа­нию дисциплины в своей когорте.
(62)

 Одноэтажное здание XVIII в. в северной части Спасо-Евфимиева монастыря, предназначенное для монастырской братии, со времен Екатерины II использовалось как арестантское отделение. О трагических страницах монастырской истории рассказывает экспозиция, открытая в 2001 г. Она состоит из двух частей: в первой представлены материалы по истории тюрьмы дореволюционного периода, во второй - советского времени.
 

Осарес Ф.

Византийская армия в конце VI в. (по «Стратегикону» императора Маврикия) / Пер. с франц. А.В.Банникова; Отв. ред. М.М.Холод. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007. —142 с. (Серия «Res militaris»). 

«Как корабль не может плыть без рулевого, так и армия не может сражаться без порядка и командования. Отвага и многочисленность, чтобы там не думали несведущие, не определяют исход сражения: напротив, порядок и мудрость командования совместно с милостью Божьей всегда приносят победу... Война подобна охоте, где бдительность, сети, засады, облавы, обходные движения и другие стратегемы приносят больше пользы, чем сила. На войне при проведении напрямик фронтальной атаки, пусть даже при ее определенном успехе, нельзя избежать ни риска, ни потерь. Нужно лишиться разума, чтобы при отсутствии острой необходимости желать приобрести пустую славу ценой дорогостоящей победы»

Стратегикон, VII, I
Маврикий Флавий Тиберий (Mauricius Flavius Tiberius),  ок. 539-602 г.,
восточно-римский император 582-602 г.)

 «Византийский стратиг был, таким образом, исключи­тельным офицером, знакомым с чужеземными народами, досконально владеющим ремеслом солдата, администрато­ром и тактиком, причем умело использовавшим добродете­ли, присущие его народу, благочестивым, как священник, проницательным, как полицейский, отлично контролиру­ющим себя и очень популярным, словом — превосходным политиком. Такие люди были крупными фигурами; и не удивительно, что они достигали императорской власти.»
(55)